полезные ресурсы:
200% Up To $300 - visit australian-pokie.com .







ЯЗЫЧЕСТВО, КАК ОНО ЕСТЬ

Годъ 6-й
Кн. XXIII.
Этнографическое обозрнiе.
Изданiе Этнографическаго Отдла
Императорскаго Общества Любителей Естествознанiя, Антропологiи и Этнографiи,
Состоящаго при Московскомъ Университет.
1894, № 4.
Подъ редакцiей
Секретаря Этнографическаго Отдела
Н.А.Янчука.
Москва.
Высоч. утв. Т-во Скороп. А.А.Левенсонъ. Коммиссiонеры Императорскаго Общества Любителей Естествознанiя въ Москв, Петровка, д. Левенсонъ.
1894.

Къ вопросу объ ассимиляцiонной способности русскаго народа.


 

Н. Харузинъ.


 
 

Къ групп крупныхъ вопросовъ, ршенiе которыхъ является задачей русской этнографiи, слдуетъ отнести и вопросъ о такъ наз. ассимиляцiонной способности русскаго народа. При разработк его этнографъ встрчается съ важнымъ препятствiемъ-недостаточностью матерiала для деталънаго и всесторонняго разсмотрнiя относящихся къ нему явленiй. Отраднымъ фактомъ поэтому слдуетъ считать появленiе въ 1892 г. составленной проф. И. Н. Смирновымъ программы 1), имющей цлью побудить собирателей этнографическихъ данныхъ въ Pocciи обращать спецiальное вниманiе на взаимодйствiе русскихъ и инородцевъ. Собранный такимъ образомъ матерiалъ вн всякаго сомннiя прольетъ значительный свтъ на многiе темныя стороны, которыми еще полна исторiя взаимодйствiя русскихъ и инородцевъ. Если мы, не смотря на указанную недостаточность матерiала для детальнаго изученiя вопроса, ршаемся коснуться ассимиляцiонной способности русскаго народа, то длаемъ это въ виду слдующихъ соображенiй: съ одной стороны, какъ ни кажется незначительнымъ матерiалъ, которымъ этнографъ можетъ пользоваться для уясненiя себ этой группы явленiй, онъ все-же достаточенъ для того, чтобы намтить наиболе вроятныя общiя причины, приводящiя или къ обруснiю инородцевъ или, наоборотъ, позволяющая имъ сохранять свои нацiональныя черты: установленiе общихъ, первенствующихъ чертъ, регулирующихъ группу разсматриваемыхъ нами явленiй, можетъ, на нашъ взглядъ, въ извстной степени облегчить даль-

1) Извстiя Общ. Археологiи, Исторiи и Этнографiи при И. Казанскомъ Ун. т. X. (Казань 1892).

ншую, детальную разработку относящихся сюда фактовъ. Дале самый терминъ, ассимиляцiонная способность, сделавшiйся общеупотребительнымъ, намъ кажется не совсмъ удачнымъ и способствующимъ подчасъ объясненiю слишкомъ простымъ способомъ явленiй очень сложныхъ.

Общiй взглядъ склоняется къ признанiю за русскимъ народомъ развитой въ значительной степени ассимиляцiонной способности. Основанiемъ этого взгляда служить какъ исторiя Россiи, такъ и нкоторыя явленiя современности. Въ самомъ дл, русская исторiя представляетъ ходъ постепеннаго распространенiя славянорусскаго племени въ восточной части европейскаго материка и въ предлахъ Азiи. Въ теченiе долгаго перiода времени отъ IX-XIX вв. основное племя славянскаго происхожденiя стремится расширить мсто своего обитанiя на востокъ, сверъ и югъ. Подобному-же распространенiю на западъ мшала встрча съ этой стороны болe сильныхъ сосдей, а также и естественыя границы. Если на карт современной Pocciи отмтить последовательно предлы распространенiя русскаго элемента съ древнйшихъ временъ до настоящаго времени, окажется, что эти границы выросли въ значительной степени. Небольшое пространство, въ которомъ живетъ русскiй элементъ въ эпоху нашего перваго летописца, является совершенно ничтожнымъ сравнительно съ пространствомъ, занимаемымъ русскими хотя-бы въ конц XVI в., а это последнее оказывается незначительнымъ въ сравненiи съ областью, которую занимаетъ русская народность въ настоящее время.

Въ теченiе этого поступательнаго движенiя, которое далеко еще не прекратилось и въ наши дни, много инородческихъ племенъ, не только мелкихъ, но и крупныхъ, сливались съ русской народностью: такъ лишь топографическiя названiя свидтельствуютъ въ настоящее время объ упоминаемыхъ Несторомъ финскихъ племенахъ населявшихъ современныя центральныя губернiи Европейской Росciи. Заволжская чудь, населявшая еще въ сравнительно позднюю эпоху сверныя области Россiи вступавшая въ жестокiе бои съ новгородскими колонизаторами края,-бои, не всегда оканчивавшiеся для послднихъ победою,-оставила по себ лишь смутныя воспоминанiя въ народной памяти. Обитатели древней Перми, игравшей значительную роль въ исторiи древней русской торговли, представляютъ въ настоящее время лишь жалкiе остатки въ лиц

русющихъ съ каждымъ годомъ пермяковъ. Степное пространство, отвоеванное осдлымъ русскимъ населенiемъ у кочевниковъ, громадно; при этомъ колебанiя физическаго типа степного русскаго населенiя и существованiе въ немъ присущихъ инородческокочевому типу чертъ доказываютъ, что въ современное степное русское населенiе вошло не мало инородческой крови; а это въ свою очередь заставляетъ думать, что русская народность при своемъ поступательномъ движенiи въ степи не только вытсняла инородцевъ, но также въ значительной мр заставляла ихъ слиться съ собой. Наконецъ, процессъ слiянiя инородцевъ съ русскими не прекратился и въ настоящее время: во многихъ мстностяхъ инородческiй элементъ быстро поддается русскому влiянiю и утрачиваеть свои нацiональныя черты; въ частности мы встрчаемъ это явленiе у финновъ восточной группы, при чемъ оно въ особенно рзкой форм замчается среди мордвы, въ нкоторыхъ деревняхъ, въ которыхъ мордовское населенiе въ теченiе сравнительно незначительнаго количества лтъ принимаетъ русскiй языкъ, забываетъ свой собственный и отрекается даже отъ самого имени "Мордвы". Эти и подобные имъ факты заставляли подчасъ говорить въ слишкомъ преувеличенномъ вид объ ассимиляцiонной способности русскаго народа и мало обращать вниманiя на то, поскольку въ данномъ явленiи играла роль, предполагаемая способность, а не другiе факторы.

Но отъ изслдователей не могли ускользнуть и явленiя противоположнаго характера: русскiе при столкновенiи съ инородцами иногда принимали обычаи, одежду и подчасъ даже языкъ своихъ инородческихъ сосдей, усвоивали себ и нкоторыя религiозныя представленiя,-однимъ словомъ, не только не ассимилировали себ инородцевъ, но и сами, забывая свою нацiональность, увеличивали собой число инородцевъ. Въ мене рзкихъ случаяхъ мы встрчаемъ, однако, подчасъ большiя заимствованiя, сдланныя русскими отъ своихъ инородческихъ сосдей, въ постройкахъ, одежд и пищ; кром того, даже при самомъ поверхноcтномъ знакомств съ областными нарчiями встрчаешь большой запасъ словъ, воспринятыхъ русскимъ элементомъ отъ инородческаго. Эти факты могли приводить къ мннiю, что русская народность надлена большой подражательной способностью, что она не только мало склонна къ ассимилированiю инородцевъ, но что, наоборотъ,

она сама легко подвергается чуждому влiянiю, отршается своихъ нацiональныхъ особенностей и мало отстаиваетъ самобытность при столкновенiи съ своими разноплеменными сосдями.

Въ виду того, что въ групп разсматриваемыхъ нами явлений встрчаются факты противоположные, является необходимымъ прежде всего установить, какiя данныя могутъ и какiя не могутъ служить для выясненiя вопроса объ ассимиляцiонной способности русскаго народа. Если вообще вопросъ о причинахъ ассимиляцiи одного народа другимъ является крайне сложнымъ, то въ Россiи онъ представляетъ еще боле трудностей: въ своемъ поступательномъ движенiи русскiе совершали дло присоединенiя странъ различнымъ способомъ: они то являлись покорителями, то мирными колонизаторами, при чемъ дйствiя мирной и постепенной колонизацiи въ большинств случаевъ оставались неотмченными въ историческихъ памятникахъ; вслдствiе этого относительно ассимиляционной дятельности прошлаго приходится ограничиваться косвенными источниками. Дале, въ настоящее время русскiй элементъ всюду, гд онъ сталкивается съ инородческимъ, является политически господствующим, причемъ въ рукахъ его сосредоточивается и власть и весьма сильное орудiе ассимилированiя - школа. Вслдствiе этого, для выясненiя вопроса ассимиляцiонной способности русскаго народа могутъ имть ршающее значенiе только т случаи, когда русскiй элемент сталкивается съ инородческимъ, какъ мирный колонизаторъ, вовсе не поддерживаемый, либо поддерживаемый лишь въ незначительной степени государственной властью, когда онъ является, такъ сказать, "самъ по себ". Т случаи, когда русскiй колонизаторъ влiяет на своего сосда- инородца съ поддержкой властей или образованнаго слоя общества, слдуетъ откинуть, какъ таковые, которые не могутъ выяснить вопроса объ ассимиляцiонной способности. Отыскать случаи, когда въ исторiи влiянiя русскихъ на инородцевъ совершенно не играетъ роли школа, нелегко, такъ какъ въ настоящее время русскiя школы значительно распространяются. Въ виду того, что школы являются однимъ изъ наиболе сильныхъ орудiй ассимиляцiи и поэтому въ значительной мр поддерживаютъ русскiй элементъ противъ инородческаго, мы привлечем къ обзору по возможности только т случаи, когда школа еще

или не успла, вслдствiе краткости перiода своей дятельности, повлiять на инородческiй быть, или гд ассимиляцiя началась уже раньше, а школа, появившись въ сравнительно позднее время, лишь поддерживаетъ и ускоряетъ совершающiйся ассимиляцiонный процессъ.

Мы указывали, что русскiй часто перенимаетъ на новыхъ мстахъ своего жительства одежду, способы устройства жилища и пр. отъ своихъ сосдей- инородцевъ. Однако факты этого рода не всегда могутъ служить доказательствомъ свойства легко утрачивать свою нацiональность: всякiй народъ, долго живущiй въ одинаковыхъ условiяхъ климата, мстности и пр., вырабатываетъ себ извстную сумму способовъ борьбы противъ враждебныхъ условiй природы: его жилище, утварь, одежда, орудiя ловли, прiемы для обработыванiя земли и пр.,-все это-выработанныя долгими усилiями орудiя для подчиненiя, обезвреживанiя или извлеченiя пользы изъ природныхъ условiй, въ которыхъ ему приходится жить. Когда народъ по какой бы то ни было причин покидаетъ насиженныя мста и переселяется, онъ можетъ попасть или въ одинаковыя, или, по крайней мр, боле или мене подходящiя условiя къ тмъ, въ которыхъ онъ жилъ раньше; въ этомъ случа онъ быстро привыкаетъ къ новой обстановк. Другое дло, когда онъ поселяется въ мстности, гд природныя условiя совершенно отличны отъ тхъ, въ которыхъ онъ воспитался: ему приходится въ этомъ случа произвести трудную работу для прiисканiя новыхъ средствъ для борьбы съ природой. Эта борьба часто бываетъ длительной, и масса отдльныхъ личностей гибнетъ, не будучи въ состоянiи перенести новыя условiя жизни, пока, наконецъ, не будутъ найдены и не выработаются, иногда только по прошествiи нсколькихъ поколнiй, удачные способы борьбы. Это происходить обыкновенно тогда, когда поселившiйся на новыхъ мстахъ народъ иметъ ближайшими сосдями племена, рзко отличающiяся отъ него по степени культуры и по характеру занятiй. Но если его сосди въ общихъ чертахъ схожи съ нимъ по культур, по занятiямъ,- работа по прiисканiю новыхъ способовъ борьбы съ природой въ значительной степени облегчается. Новоприбывшiе, нисколько не утрачивая своихъ нацiональныхъ особенностей, могутъ воспринять способы борьбы съ природой, которые были выработаны ихъ сосдями-старожилами въ той мстности, которая для переселенца

является и новой и неизвстной. Мы знаемъ, напр., что pycскiй насельникъ на свер перенялъ у инородцевъ части одежды, способы ловли животныхъ, техническiе охотничьи термины. На Кавказ онъ перенимаетъ отъ своихъ сосдей одежду; въ способахъ постройки жилища онъ cлдуетъ уже выработавшимся въ томъ мст правиламъ. Въ Средней Азiи привыкшiй жить въ бревенчатыхъ избахъ крестьянинъ-переселенецъ строитъ себ дома из глины по примру туземцевъ и лишь впослдствiи переходит къ плетенымъ, обмазаннымъ глиной хатамъ; онъ усваивает высокоразвитую въ средней Aзiи систему ирригацiи полей. Въ Обдорск русскiе приняли самодскiй костюмъ, и многие подъ влiянiемъ самодовъ, стали разводить оленьи стада. У бурятъ въ числ прочихъ заимствованiй русскiе переняли одежду, способъ объзживанья лошадей, устройство телгъ, искусство приготовленiя арака и пр. У вотяковъ они научились варить мормышку, которая обходится въ пять разъ дешевле водки. Подобныхъ примровъ можно привести большое количество, но как эти, такъ и аналогичные имъ факты не могутъ служить доказательствомъ въ пользу способности русскаго народа утрачивать свои нацiональныя черты или, по крайней мр, легко поддаваться чуждому влiянiю: рядъ причинъ, какъ, напр., отсутствiе лса, пригодность прежняго покроя одежды при новыхъ климатических или иныхъ условiяхъ, усмотрнныя выгоды извстныхъ способов производства и пр., заставляетъ ихъ заимствовать отъ старожиловъ-туземцевъ многое изъ ихъ культурнаго запаса. Параллельно съ этими заимствованiями идетъ и воспринятiе чуждыхъ словъ въ русскомъ язык: знакомясь съ новыми предметами на новыхъ мстахъ, pyccкiй поселенецъ естественно воспринимаетъ въ свой языкъ названiе или терминъ уже существующiй у болe древних насельниковъ данной области.

Мы вправ ожидать, что чмъ ближе русскiй колонизатор стоитъ въ своемъ быту къ сосднему инородческому племени, тмъ боле будетъ этихъ заимствованiй. Поэтому русскiй поселенецъ, поставленный въ чуждыя его родин условiя, заимствуетъ значительно больше отъ инородцевъ-земледльцевъ, чмъ въ тхъ случаяхъ, когда его сосди оказываются кочевниками.

Возможно, наконецъ, указать случаи потери русскими пришельцами совершенно или почти совершенно своей нацiональности,

которые однако не могутъ служитъ доказательствами отсутствiя способности къ ассимилированiю у русской народности. Какъ примръ могутъ служить т. наз. "полуврцы", живущiе въ Эстляндской губ. (у Чудскаго оз.): ихъ русское происхожденiе доказывается названiями деревень, въ которыхъ они живутъ (наприм. Олешница, Смольница, Князь-Село и т. п.), и ихъ фамильными прозвищами (напр. Рябининъ, Зеленый, Заболотный и т. п.). Между тмъ они утратили свою национальную одежду, въ лиц многихъ своихъ представителей перешли изъ православiя въ лютеранство и въ значительной степени забыли родной языкъ. Другая небольшая кучка русскихъ поселенцевъ недалеко отъ Ревеля, въ Аррокюльскомъ приход, водворенная тамъ во времена Петра I, почти всецло подверглась эстонскому влiянiю, поскольку это касается одежды, быта, языка, и только православiе сохранялось ими до послдняго времени; лишь нсколько стариковъ еще говорятъ по-русски, хотя и плохо, а боле молодые совершенно забыли родной языкъ. Подобные факты утраты русскими нацiональности извстны (иногда впрочемъ на основанiи преданiй) и на св. Кавказ. Въ приведенныхъ и аналогичныхъ имъ случаяхъ нельзя видть доказательствъ въ пользу способности утрачивать свою нацiональность; причина утраты въ данныхъ случаяхъ лежитъ, главнымъ образомъ, въ ничтожномъ, сравнительно съ туземцами, количеств русскихъ, слишкомъ слабыхъ, чтобы отстаивать свою национальность среди окружающихъ ихъ инородческихъ и иноврческихъ сосдей.

Такъ какъ указанные факты не могутъ служить для выясненiя cуществованiя ассимиляцiонной способности у русскаго народа, то матерiалъ, на которомъ можно основывать взглядъ для выясненiя поставленнаго вопроса, долженъ быть сведенъ къ тмъ явленiямъ, которыя имютъ мсто при, т. ск., массовомъ столкновенiи двухъ племенъ-русскаго и какого-нибудь инородческаго. Накопившiяся въ русской литератур данныя позволяютъ выставить слдующiя общiя заключенiя: 1) подвергаются въ большей или меньшей степени обруснiю: а) финскiя племена, населяющия сверъ и сверовостокъ; что касается финновъ, населяющихъ Финляндiю, Эстляндскую и Лифляндскую губ., то они сохраняютъ стойко свою нацiональность, что въ значительной степени находитъ себ объясненiе въ долговременной религiозной и отчасти въ политической обособленности указанныхъ частей Россiи, вслдствiе чего

сношенiя съ русскими были лишь незначительны; б) рядъ боле или мене крупныхъ племенъ, принадлежащихъ къ монгольской, тюркской и арктической семьямъ. 2) Мало, либо вовсе не подвергаются обруснiю степныя кочевыя племена, кавказскiе горцы и др. 3) Въ нкоторыхъ случаяхъ при столкновенiи съ инородцами русская народность выказываетъ стремленiе подвергаться ихъ влiянiю и утрачивать свои нацiональныя черты ( якуты, киргизы въ нкоторыхъ частяхъ Сибири).

Перейдемъ къ разсмотрнiю фактовъ, относящихся къ вопросу о существованiи у русской народности способности къ ассимилированiю, причемъ начнемъ нашъ обзоръ съ финскихъ племен, финскiя племена, наимене подвинувшiяся на пути культуры (лопари, остяки и вогулы), повсюду при столкновенiи съ русскими выказываютъ стремленiе къ обруснiю: они подражаютъ русскимъ въ устройств своего жилища, перенимаютъ ихъ одежду, начинаютъ говорить по-русски и пр. и постепенно, такимъ образомъ, утрачиваютъ свои нацiональныя особенности; это явленiе, конечно, наблюдается только тамъ, гд представители указанныхъ народностей имютъ боле или мене постоянное общенiе съ русскими. Такъ, напримръ, лопари, живущiе въ далекихъ погостахъ и сталкивающiеся съ русскими лишь отрывочно, въ теченiе краткаго времени, когда лопари прiзжаютъ въ Колу для сдачи рыбы, хотя и говорятъ почти вс по-русски ( мужчины ), сохраняютъ еще много своеобразнаго въ своемъ вншнемъ и внутреннемъ быт. Другое дло, когда столкновенiя этихъ двухъ народностей являются боле или мене постоянными: въ лежащемъ близъ Колы Кильдинскомъ погост лопари, если это имъ позволяютъ ихъ матерiальныя средства, подражаютъ русскимъ въ одежд настолько, что подчасъ одтаго по праздничному лопаря трудно отличить отъ русскаго; а изба состоятельнаго лопаря этого погоста не отличается отъ русской избы ничмъ существеннымъ. Остяки и вогулы сохраняютъ свои типичныя черты лишь тамъ, гд имъ приходится мало сталкиваться съ русскими, гд же этого условия нтъ, они быстро утрачиваютъ свои нацiональныя черты, хотя въ общемъ остякъ не охотно принимаетъ нововведенiя отъ русскихъ, къ которымъ относится съ крайнимъ недоврiемъ 1). Явленiе, ко-

Hartwig. Der hohe Norden, p. 142.

торое наблюдается у наимене культурныхъ финскихъ народностей, повторяется и у тхъ, которыя въ настоящее время достигли уже довольно высокой ступени развитiя.

Наиболе точныя свднiя объ обруснiи мордвы собраны, насколько намъ извстно, И. Н. Смирновымъ 1). Процессъ обруснiя мордвы, который продолжается уже три столтiя, еще не законченъ и въ настоящее время; онъ начался со времени, когда среди мордвы начали появляться русскiя поселенiя, причемъ, какъ напр, на свер, въ Нижегородской области, вотчины мордовскихъ, князей отдавались часто русскимъ помщикамъ и монастырямъ. "Нельзя сказать, замчаетъ по этому поводу г. Смирновъ, чтобы новые владльцы руководствовались въ своей руссификацiи какой-нибудь системой: обрусительныхъ стремленiй по отношенiю къ инородцамъ мы не знаемъ даже у центральнаго правительства. Обруснiе вотчинной мордвы было побочнымъ продуктомъ экономическихъ стремленiй вотчинниковъ. Получивши богатыя естественными произведенiями вотчины мордовскихъ князьковъ, монастыри и помщики стремились извлекать изъ нихъ возможно боле прибыли и привлекали на мордовскую землю русскихъ колонистовъ- частью съ своихъ старыхъ земель, частью со стороны. Такъ возникали селенiя и области со смшаннымъ мордовско-русскимъ населенiемъ". Въ другихъ мстахъ русскiя поселенiя возникали самостоятельнымъ путемъ, причемъ всюду результатомъ сожительства обоихъ племенъ была утрата мордвою своей нацiональности. Мордва совершенно обрусла во многихъ деревняхъ Княгининскаго, Арзамасскаго и Лукояновскаго уу. Нижегородской губ., дале въ Саратовской губ. и за Волгой-въ Самарской, Уфимской и Оренбургской губ. Въ Мокшанскомъ кра-въ губ. Пензенской и Тамбовской-обруснiе дале всего пошло на Ю. и З., въ сосдств съ Мещерской областью. На запад Шацкаго у. еще въ XVII в. обруснiе мордвы было уже значительнымъ. Только на основанiи историческихъ свидтельствъ, можно констатировать былое существованiе мордвы во многихъ селенiяхъ въ Шацкомъ и Моршанскомъ уу. до самого Тамбова; то же самое явленiе мы встрчаемъ въ Спасскомъ у. (Тамбовской губ.) и Чем-

1) И. Н. Смирновъ: Мордва. Над, Общ. Арх. Исторiи и Этнографiи при И. Казанск. ун. X, 6, стр. 634-642,

барскомъ у. (Пензенской губ.). На свер Пензенской губ., въ уздахъ Краснослободскомъ, Наровчатскомъ и Инсарскомъ мордва еще удерживаетъ свою нацiональность, но и здсь старина уже начинаетъ падать, и русская рчь мужского населенiя звучитъ почти безъ акцента.

Процессъ слiянiя вотяковъ съ русской народностью начался сравнительно недавно. Вотяки, вообще недружелюбно относящiеся къ русскимъ, при появленiи въ ихъ земляхъ русскихъ колонiй, уступали новымъ поселенцамъ свои владнiя и предпочитали удаляться въ боле глухiя мста, въ лса, гд и устраивали новыя поселенiя. Этимъ отступленiемъ вотяковъ, объясняется, по словамъ И. Н. Смирнова, 1), образованiе многочисленныхъ русскихъ поcеленiй съ вотяцкими названiями. "Вятскими земскими статистиками записаны преданiя относительно возникновенiя въ Елабужскомъ узд нкоторыхъ русскихъ селенiй съ вотяцкими названиями. Русскiе помнятъ, что на мстахъ ихъ селенiй были вотяцкiя, ране покинутыя, помнятъ, что ихъ предки нашли на селищ пустые шалаши. "Вотякъ бжитъ отъ русскаго, какъ мышь отъ кошки",- говорятъ pyccкie крестьяне Малмыжскаго у. Ту же характеристику за полтораста лтъ до нашего времени сдлалъ вотякамъ Гер. Фр. Миллеръ: "вотяки такъ дики и грубы, что ни съ какимъ другимъ народомъ дружескаго обхожденiя имть не хотятъ, или чтобы жить вмст въ одной деревн". Въ настоящее время, когда переходъ вотяковъ изъ одного мста въ другое значительно затруднился, и вотякъ, живя по сосдству съ русскимъ, вынужденъ сталкиваться съ нимъ, отношенiя къ русскимъ нисколько не улучшились: вотяки, пишетъ г. Верещагинъ 2), относятся съ недоврiемъ къ русскимъ торговцамъ, въ особенности если они не знаютъ по-вотяцки; купцы же изъ агрызскихъ татаръ умютъ расположить въ свою пользу вотяковъ; "еще боле русскiй возбуждаетъ въ вотяк недоврiе и нелюбовь къ себ оттого, что онъ, русскiй, любитъ подтрунивать надъ вотякомъ... Если зайдетъ pyccкiй къ вотяку, вотяцкiя женщины стращаютъ имъ своихъ дтей... и на вс вопросы русскаго отвчаютъ молчанiемъ, хотя и могутъ удовлетворительно объясняться по-русски, а зайди тата-

 

1) Смирновъ: Вотяки, стр. 71.

2) Гр. Верещагинъ: Вотяки Сарапульскаго у., стр. 25 и слд.. 57.

ринъ-вотячки разговариваютъ, шутятъ съ нимъ охотно". Русскихъ, живущихъ среди вотяковъ, эти послднiе называютъ паськытъ чырты (широкое горло, горлодеръ), пуны (собака), бадзьымъ котъ ( большое брюхо) и т. п. Несмотря однако на недружелюбное отношенiе вотяковъ къ русскимъ, тотъ же изслдователь отмчаетъ, что вотяки, живя среди русскихъ, быстро русютъ, усваиваютъ русскiе обычаи, перенимають русскiе вкусы въ выбор цвта одежды и пр. Главными путями руссификацiи являются, по словамъ И. Н. Смирнова 1), большiя дороги, прорзывающiя край: жители деревень, лежащихъ по близости отъ нихъ, забрасываютъ по немногу собственный костюмъ и обычаи. Въ 20-ти верстахъ напр, отъ Малмыжско-Глазовскаго тракта, въ сел Мултанъ, состоятельныя вотячки уже одеваются въ русскiя платья. На границ Глазовскаго и Слободскаго уу., въ сел Сада, въ приход котораго рядомъ живутъ русскiе и вотяки, эти послднiе утратили въ значительной степени свои нацiональныя черты. Вотяки указанной местности извстны въ Глазовскомъ у. подъ кличкой "садинскiе оборотни". Кличка дана имъ потому, что вотяки, по мстному выраженiю, "оборотились русскими" по вншнему виду и по языку, женятся на русскихъ двушкахъ сами и выдають за русскихъ своихъ дочерей. Здсь, замчаетъ г. Смирновъ, совершилось полное слiянiе вотяковъ съ русскими; пройдетъ два-три столтiя, и о существованiи вотяковъ въ приход останется смутное воспоминанiе.

Въ теченiе нсколькихъ столтiй, въ которыя продолжаются частыя и непосредственныя взаимоотношенiя русскихъ и черемисовъ, эти послднiе въ значительной степени поддались русскому влiянiю. Такъ какъ исторiя колонизацiи края, населеннаго нкогда черемисами, еще ждетъ своего изслдователя, и такъ какъ существованiе массы въ настоящее время чисто русскихъ деревень, носящихъ черемисскiя названiя, не можетъ служить еще неоcпоримымъ признакомъ, что въ нихъ русскiе колонизаторы ассимилировали коренныхъ жителей, а не вытснили ихъ, какъ это мы видли на примр вотяковъ,-то въ настоящее время еще не представляется возможности говорить о томъ, въ какой мр выразилась въ прошломъ ассимиляцiонная "способность"

1) Смирновъ: Вотяки, стр. 70, 71.

русскихъ въ отношенiи къ черемисамъ. Но явленiя современности въ достаточной степени свидтельствуютъ о томъ, что тамъ, гд русское населенiе сталкивается съ черемисскимъ, послднее оказывается склоннымъ къ обруснiю. Въ настоящее время, по словамъ И. Н. Смирнова 1), встрчаются черемисскiя деревни, въ которыхъ однако преобладающимъ элементомъ оказывается уже русскiй, такъ что на нсколько десятковъ русскихъ дворовъ приходится нсколько единицъ черемисскиxъ. Такiя деревни являются результатами ассимилирующей дятельности русскаго народа: оставшiеся въ нихъ обломки черемисскаго населенiя вн всякаго сомннiя въ скоромъ времени утратятъ свою национальность подъ давленiемъ преобладающаго элемента. По наблюденiямъ г. Смирнова, сдланнымъ имъ въ губернiяхъ Костромской, Вятской и Казанской, руссификацiя сдлала большiе успхи въ двухъ первыхъ, чмъ въ Казанской. Черемисы Ветлужскiе и Яранскiе, продолжаетъ цитируемый авторъ, говорятъ очень правильнымъ русскимъ языкомъ, почти безъ акцента, и съ первыхъ фразъ способны отличать русскаго человка отъ иностранца, неправильно говорящаго по-русски. Уржумскiе и Малмыжскiе черемисы (южныхъ волостей ) говорятъ уже съ меньшей правильностью, хотя и лучше Царевококшайскихъ. Въ деревняхъ, въ которыхъ черемисы и русскiе живутъ смшанно, дти и даже женщины говорятъ по-русски. Языкъ прокладываетъ дорогу русскому народному творчеству. Въ деревняхъ со смшаннымъ населенiемъ г. Смирнову приходилось слышать отъ черемисскихъ дтей загадки на ломанномъ русскомъ язык, въ дтскихъ псняхъ попадаются русскiя фразы. Русское влiянiе на черемисовъ сказывается въ занятияхъ, обрядахъ, въ дтскихъ играхъ, въ увеселенiяхъ взрослыхъ, на народной поэзiи, въ космологическихъ и космогоническихъ преданiяхъ. Дале, постройки, домашняя обстановка, костюмъ-все боле и боле начинаетъ утрачивать оригинально-черемисскiя черты и ассимилироваться съ русскими,

Ассимиляцiонный процессъ, отмченный у мордвы, вотяковъ и черемисовъ, почти завершился въ настоящее время у пермяковъ,-племени, отъ котораго въ настоящее время сохранились лишь незначительные остатки. Часто цитированный нами проф. И.Н.Смир-

И. Н. Смирновъ: Черемисы, стр. 59-61.

новъ, которому мы обязаны лучшей монографiей, касающейся этнографiи пермяковъ, даетъ намъ и наиболе обстоятельныя свднiя объ обруснiи этого племени 1): обруснiе пермяковъ, пишетъ онъ, продолжается медленными, но врными шагами, безъ всякихъ искусственныхъ мръ и не оставляя въ русющемъ населенiи никакой горечи противъ господствующей народности. Въ настоящее время наиболе чисто сохранившiеся пермяки занимаютъ долину Иньвы, но и здсь дло обруснiя дало уже важные результаты. Волости Майкорская и Купросская и въ особенности селенiя, по имени которыхъ носятъ он свои названiя, представляются уже въ значительной степени обрусвшими: здшнiй пермякъ желалъ бы, чтобы его принимали за русскаго и на категорическiй вопросъ: "ты пермякъ?"-нехотя отвчаетъ: "не скроешь, пермякъ". Кувинская и примыкающiя къ ней съ свера Юмская и Юрлинская волости Чердынскаго у. населены уже такими пермяками, дти которыхъ будутъ только смутно помнить, что когда-то въ ихъ краю говорили на другомъ, не русскомъ язык. Въ с. Юрл не слышно другой рчи, кром русской, и на вопросъ, живутъ ли въ сел пермяки, отвчаютъ отрицательно. Во всхъ трехъ названныхъ волостяхъ Чердынскаго у. жители считаютъ себя уже вполн русскими и говорятъ, что пермяки живутъ за р. Косой. Но и за р. Косой обруснiе уже началось. Какъ тамъ, такъ и въ Ошибскомъ приход русскiй языкъ, какъ языкъ обыденнаго домашняго разговора, еще не вытснилъ пермяцкiй: жители еще говорятъ по-пермяцки, но русская псня и русская загадка на игрищахъ, русскiя присказки на свадьбахъ, русскiе наговоры и заговоры въ различныхъ случаяхъ, требующихъ участiя колдуна, являются въ нкоторомъ род обязательными. Женщины и двушки, пишетъ дале г. Смирновъ, обыкновенно едва умющiя связать нсколько словъ по-русски, поютъ съ величайшимъ усердiемъ русскiя псни, въ мру своего усердiя, конечно, искажая ихъ, и выслушивають длинныя, цвтистыя, заученныя отъ русскихъ рчи и прибаутки дружекъ на свадебныхъ пирахъ; произведенiя русскаго народнаго творчества проникаютъ, такимъ образомъ, къ пермякамъ раньше языка, завоевывая и подготовляя почву для этого послдняго. Дале, на верховьяхъ Камы,

1) Смирновъ: Пермяки, стр. 172-176.

гд Кеппенъ въ 40-хъ годахъ насчитывалъ до 4600 пермяковъ, можно найти людей, говорящихъ сильно смшаннымъ съ русскимъ пермяцкимъ языкомъ, лишь въ двухъ трехъ деревняхъ. Г. Добротворскiй, наблюдавшiй пермяковъ Орловскаго у.,-продолжаеть тотъ же авторъ,-говоритъ, что особенно сильно обруснiе замчается въ смшанныхъ деревняхъ; здсь пермяки говорятъ по-русски, роднятся съ ними и перенимаютъ вс мелочи быта. "Русскiй крестьянинъ для такого пермяка-идеалъ; онъ копируетъ его даже въ мелочахъ, въ походк, въ одежд, въ постройкахъ, во всемъ".

Переходя отъ восточныхъ финновъ къ ихъ западнымъ сородичамъ-кореламъ, мы видимъ, что и они, при столкновенiи съ русскими не въ силахъ отстоять свою нацiональную самобытность. Несмотря на то, что сношенiя русскихъ съ корелами восходятъ еще къ глубокой древности, процессъ обруснiя этого племени еще продолжается. Эта кажущаяся медленность находить себ объясненiе въ томъ, что корелы при начал русской колонизацiи края долгое время, какъ это длали вотяки и, повидимому, черемисы, отступали передъ новыми насельниками. "Доказательствомъ такого насильственнаго оттсненiя корельскаго элемента новгородско-псковскою народностью, пишетъ г. Соборновъ 1), служитъ то, что многiя селенiя, заселенныя въ настоящее время одними русскими, носятъ и до нын корельскiя названiя. Доказательствомъ оттсненiя кореловъ въ глушь края служитъ и то, что въ настоящее время встрчаются корельскiя селенiя, въ которыя, что называется, "птица не залетаетъ". Въ конц-концовъ вышло слдующее: русскiй элементъ занялъ вс лучшiя и наиболе удобныя мста при большихъ озерахъ и ркахъ, обилующихъ цнной рыбой, при которыхъ или невдалек отъ нихъ возникли селенiя и одиночные поселки... Корельскiй-же элементъ, оттсненный въ глухiя, дремучiя и неудобныя мста, удаленный отъ большихъ и лучшихъ водныхъ резервуаровъ и удобныхъ центровъ сбыта рыбы и звря, уединяясь отъ русскаго элемента, началъ вести жалкую жизнь, поддерживаемую одною рыбою". Въ боле глухихъ мстахъ, гд корелъ живетъ обособленно, сталкивается съ русскими только изрдка, преимущественно со скупщиками рыбы, ко-

1) А. Соборновъ: Къ исторiи культуры, Олонецкой корелы. "Олонецкiй Сборник". I, стр. 125, 126

торымъ онъ продаетъ свой уловъ, корелы сохраняютъ еще, до извстной степени, свои самобытныя черты. Но гд эти столкновенiя носятъ боле или мене постоянный характеръ, тамъ мы наблюдаемъ постепенное исчезновенiе корельскаго элемента. Даже въ наиболе глухiя мста, гд влiянiе русскихъ сравнительно ничтожно, проникъ уже русскiй языкъ: такъ, напр., у Сегозера корелы только между собой говорятъ еще на корельскомъ язык, но вс они, по словамъ г. Майкова 1), превосходно говорятъ по-русски, и нтъ этого лишь въ самыхъ отдаленныхъ отъ Онежскаго оз. корельскихъ волостяхъ. Достаточно бглаго взгляда на жилище корела и на обстановку въ его жиль, чтобы замтить, что они въ значительной степени заимствованы отъ русскихъ; въ одежд корелъ подражаетъ русскому. Вообще, по словамъ г. Соборнова, 2) корельскiй элементъ легко поддается чуждому влiянiю, онъ съ легкостью воспринимаетъ чужое и легко подражаетъ. "Въ ум кореляка крпко засло убжденiе, что онъ, хотя и говорить по-корельски, но pyccкiй и, вслдствiе этого убжденiя, силясь подражать русскимъ, вмст съ тмъ охотно и довольно легко усвоиваетъ и русскиiй языкъ" Мало по малу, по мннiю того-же изслдователя, при улучшенiи путей сообщенiя, развитiи рыбнаго и охотничьяго промысла, увеличенiи торгово-промышленныхъ пунктовъ, т. е. при условiяхъ, дающихъ возможность кореламъ и русскимъ сталкиваться чаще и постоянне, и при большемъ разселенiи русскихъ въ краю, корельская народность должна будетъ слиться съ русскою и исчезнуть. Архангельскiе корелы не мене олонецкихъ подвергаются русскому влiянiю. Между жителями нкоторыхъ русскихъ деревень сохранилось, по словамъ П. С. Ефименко, еще воспоминанiе, что он прежде были населены корелами. Г. Европеусъ, говоритъ, что даже чистые корелы, живущiе близъ Вялозера, сильно поддались влiянiю русскаго элемента: языкъ ихъ чрезвычайно смшанъ съ русскими словами, и "во всхъ боле торжественныхъ случаяхъ они употребляли рускiй языкъ 3).

Если мы отъ представителей финскаго племени перейдемъ къ инородцамъ, принадлежащимъ къ другимъ племеннымъ группамъ, мы найдемъ значительное количество племенъ, подвергающихся

1) Майковъ: Поздка въ Обонжье и Корелу, стр. 290.

2) Соборновъ: 1. с. стр. 127, 129 и 130.

3) П. С. Ефименко: Заволоцкая Чудь, стр. 93.

обруcнiю. Такъ, еще въ 40-хъ годахъ, В. Иславинъ 1) могъ отмтить, что гд столкновенiя самодовъ съ русскими боле или мене постоянны, они подвергаются обруснiю. "Самоды разныхъ вдомствъ, пишетъ онъ, по большему или меньшему сношенiю съ русскими, измнили и характеръ свой и усвоили себ обычаи и мстные нравы жителей тхъ волостей, къ которымъ приписаны... Самоды Канинской и Тиманской тундръ, по близости къ Мезени и Печорскимъ селенiямъ, будучи боле въ сношенiи съ русскими, переняли отъ нихъ нкоторые обычаи и, такъ сказать, боле обрусли, чмъ Большеземельскiе тундряные самоды: многiе изъ нихъ носятъ въ лтнее время рубахи русскаго покроя, большею частiю суконныя, и подпоясываютъ ихъ широкими кожаными поясами, украшенными мдными пуговицами и бляхами, что составляетъ особый родъ щегольства"; они не только совершенно чисто говорятъ по-русски, иногда даже между собою, но и приняли вс оттнки русскаго характера; только некрещеные мезенскiе самоды не могутъ говорить по-русски, хотя и они, по крайней мр, большая часть понимаетъ русскiй языкъ. То-же явленiе наблюдается и между самодами, живущими въ Азiатской Россiи; т изъ нихъ, которые живутъ на правомъ берегу Оби и въ долинахъ восточныхъ ея притоковъ-Чулыма, Кети и Тыма, какъ боле часто сталкивающiеся съ русскимъ элементомъ, подвергаются влiянiю послдняго и русютъ.

Буряты въ значительной степени русютъ, въ особенности по принятiи ими христiанства. Еще Палласъ замтилъ, что буряты охотно позволяютъ своимъ дочерямъ креститься и выходить замужъ за русскихъ; богатые буряты, по словамъ того-же автора, крестятся, чтобы жениться на русскихъ. Послдствiемъ принятiя крещенiя и брака на русской является утрата бурятами нацiональности; они становятся осдлыми и живутъ часто въ деревняхъ совмстно съ русскими. Свднiя, сообщаемыя Палласомъ, имютъ для насъ особенно важное значенiе, такъ какъ они указываютъ на результаты обруснiя, достигнутые въ теченiе не много боле 100 лтъ посл появленiя русскихъ среди бурятъ. Балаганскiе, идинскiе, аларскiе и китайскiе буряты видли русскихъ казаковъ впервые около 1627 г. на р. Ангар, около устья р. Оки, гд

1) В. Иславинъ: Самоды въ домашнемъ и общественномъ быту, стр. 30, 104, 107 и 108.

жили буряты племени Икиназъ; первое столкновенiе было недружелюбное: буряты вступили въ борьбу, но были разбиты. Лишь въ 1654 г. былъ устроенъ Балаганскiй острогъ. Вскор посл этого буряты названныхъ вдомствъ (большею частью изъ племени Булагатъ), а также кудинскiе, капсальскiе (изъ того-же племени), верхоленскiе, ленскiе и ольхонскiе буряты (изъ племени Экиритъ) подчинились русскимъ и начали платить дань. Иркутскiй острогъ былъ построенъ въ 1662 г., посл чего и вс сверо-байкальскiе буряты приняли русское подданство, выражавшееся въ платеж дани 1). Если принять во вниманiе, что платежемъ дани ограничивалось выраженiе бурятами своего подданства Pocciи, что внутреннее ихъ управленiе оставалось не тронутымъ, т. е. что правительство не стремилось къ обруснiю бурятъ и не длало ничего въ этомъ направленiи, то отмеченные Палласомъ результаты получатъ еще большее значенiе 2). Алтайскiе черневые татары въ Кузнецкомъ, Бiйскомъ и Барнаульскомъ округахъ по принятiи христiанства быстро русютъ 3).

А. Н. Красновъ 4) въ своихъ путевыхъ замткахъ о путешествiи по Сахалину отмчаетъ крайне недружелюбныя взаимныя отношенiя между гиляками и русскими: эта взаимная ненависть объясняется тмъ, что съ одной стороны "бглые сахалинцы (каторжники), побуждаемые голодомъ или озврлымъ состоянiемъ отъ долголтней каторги, неоднократно съ цлью ограбленiя или избавленiя отъ лишняго свидтеля, безжалостно убивали гиляковъ, даже цлыя семьи". Pyccкie-бродяги не признаютъ за гилякомъ существованiя души, считаютъ его людодомъ, вслдствiе чего убiйство гиляка и не

1) М. Хангаловъ: Юрид. обычаи бурятъ. "Этногр.Обозр" ХХI.стр.132,133.

2) Въ настоящее время дло обруснiя бурятъ сдлало большiе успхи, сравнительно съ XVIIIв., но мы не имемъ возможности определить., въ какой мр въ этомъ отношенiи влiяла школа; повидимому, однако, роль ея была значительна. Дале, есть cвднiя, что мстами русскiе подвергаются бурятскому влiянiю, и хотя не утрачиваютъ всецло свою нацiональность, но вс говорятъ уже по-бурятски. Не имя достаточно данныхъ, позволяющихъ судить о сил бурятскаго влiянiя на русскихъ, о количеств русскихъ, поддавшихся этому влiянiю и о частныхъ условiяхъ, приведшихъ къ утрат русскими въ нкоторыхъ деревняхъ своей национальности, намъ приходится оставить это явленiе безъ разсмотрнiя,

3) Н. М. Ядринцевъ: Сибирь, какъ колонiя, стр. 17 и слд., 43.

4) А. Н. Красновъ: На Сахалин "Истор.В." 1894, февраль, стр. 391,392.

считается большимъ грхомъ. Въ свою очередь, при господств кровавой мести, гиляки старались мстить русскимъ. "Въ глазахъ дикаря, не имющаго представленiя объ общественныхъ отношенiяхъ въ Россiи, вся каторга, вмст работающая, вмст живующая, есть какъ бы одна обширная семья, одинъ родъ. Изъ этого рода они выдляютъ чиновниковъ, или нойоновъ, и людей свободнаго состоянiя". Желая отомстить за убитаго сородича, гиляки убиваютъ каторжника безъ различiя, какъ родственника убiйцы: если бродяга-каторжный, посл совершения его товарищемъ убiйства, попадется на глаза гиляку, онъ не можетъ въ большинств случаевъ ожидать пощады.

Несмотря на вражду къ русскимъ гиляки, тмъ не мене, поддаются влiянiю послднихъ. Л. Штернбергъ, долго жившiй въ сред гиляковъ, могъ сдлать наблюденiе, что хотя гиляки и "нелегко отрекаются отъ родныхъ традицiй, но они поневол поддаются обруснiю. "Еще одно-два поколнiя, продолжаетъ онъ, и гилякъ материка совершенно обрусетъ и вмст съ выгодами цивилизацiи онъ усвоить и вс ея пороки" 1). Орочоны, пишетъ А, Н. Красновъ, уже на половину обрусли: они утратили нацiональный костюмъ, замнили его частями одежды, прiобртаемыми ими за дорогую цну у русскихъ поселенцевъ. Многiе орочоны знаютъ по-русски: "я видлъ въ Тарайк поселенца, заключаетъ названный авторъ, женившагося на орочонк... Если бы не плоское, широкоскулое, смуглое лицо этой женщины, ни по костюму, ни по манерамъ ее нельзя бы было отличить отъ обыкновенной русской бабы" 2). Баронъ Г. Майдель отмчаетъ, что въ Колымскомъ oкpyг юкагиры, которые еще въ довольно значительномъ числ встрчались тамъ при Врангел (ок. 1820 г.), въ конц 60-хъ годовъ, когда бар. Майдель постилъ этотъ округъ, удалились постепенно отъ обоихъ Ануевъ; тамъ можно еще встртить нсколько семействъ; которыя однако совершенно забыли свой родной языкъ и приняли языкъ и образъ жизни русскихъ. Чуванцы, говоритъ тотъ-же авторъ, въ сущности прекратили свое существованiе, какъ народъ: несмотря на вс мои старанiя, мн въ 1866, 1869 и 1870 гг. не удалось встртить ни одного человка, принадлежащаго къ этому племени, который еще сохра-

1) Л. Штернбергъ: Сахалинскiе гиляки. "Этногр.Обозр." ХVII, стр, 19 2) А. Н. Красновъ: На Сахалин, стр. 410.

нилъ бы знанiе родного языка. Они, поскольку это касается Колымскаго округа, совершенно обрусли, и въ ихъ сред сохранилось лишь воспоминанiе, что они принадлежатъ къ исчезнувшему племени 1).

Приведенные факты, конечно, далеко не исчерпываютъ имющiйся въ русской литератур матерiалъ объ обруснiи инородцевъ, но намъ кажется, что ихъ достаточно, чтобы подтвердить то общее положенiе, что значительная часть инородческихъ племенъ, сталкивающихся съ русскимъ элементомъ въ разныхъ частяхъ нашей обширной родины, подвергаются влiянiю русскихъ и постепенно утрачиваютъ свои нацiональныя черты.

Но въ то время, какъ указанныя нами племена подвергаются въ большей или меньшей степени ассимиляцiонному процессу, мы можемъ наблюдать явленiя совершенно другого свойства въ тхъ мстностяхъ, гд русскiй элементъ сталкивается со степными кочевниками. Если оставить въ сторон кочевыя племена, которыя живутъ въ глубин степей и поэтому сравнительно весьма мало приходятъ въ столкновенiе съ русскими, и сосредоточить наше вниманiе только на тхъ, которыя относительно давно пришли въ столкновенiе съ русскими, -мы будемъ вынуждены признать весьма ничтожное влiянiе русскихъ на нихъ. Астраханскiе калмыки, отношенiя которыхъ къ русскимъ продолжаются боле двухъ столтiй, несмотря на то, что они уже въ теченiе слишкомъ столтiя отрзаны отъ своихъ, откочевавшихъ въ Китай въ конц XVIII в. соплеменниковъ и въ настоящее время почти окружены русскими поселенiями,-нисколько почти не поддались русскому влiянiю и въ своемъ вншнемъ и духовномъ быт продолжаютъ сохранять нацiональныя особенности. Дале, киргизы Букеевской орды, живущiе около столтiя въ предлахъ Европейской Pocciи, не поддаются русскому влiянiю, если не считать лицъ, которыя изучаютъ русскiй языкъ съ цлью занимать впослдствiи должностныя мста въ мстномъ управленiи, и прислуги, идущей въ услуженiе къ русскимъ.

То-же явленiе можно наблюдать и на сверномъ Кавказ. Русcкie пришли въ столкновенiе съ различными племенами, населяющими cв. Кавказъ въ конц XVI вка; несмотря на продолжи-

1) Ваr. Ger Maydell: Reisen und Forschungen im Iakutskischen Gebiete. (1861-1871) I. СПБ. 1893, стр. 75-77.

тельное сожитiе, русское влiянiе почти ничмъ не сказалась до послдняго времени въ быт этихъ племенъ.

Наконецъ, вс изслдователи согласны въ томъ, что въ нкоторыхъ мстахъ замчается фактъ, что русское населенiе при столкновенiи съ нкоторыми инородческими племенами утрачиваетъ иногда свою национальность: наиболе рзкiя явленiя въ этомъ отношенiи можно наблюдать въ Якутской области, въ которой встрчается много объякученныхъ русскихъ, а также среди сибирскихъ казаковъ, которые въ значительной степени поддаются киргизскому влiянiю и утрачиваютъ даже свой родной языкъ.

Въ виду наличности фактовъ, свидтельствующихъ, что не повсюду русская народность ассимилируетъ себ инородцевъ, что, наоборотъ, въ значительномъ числ случаевъ она или мало оказываетъ влiянiя на своихъ сосдей, или даже подчасъ сама подчиняется инородческому влiянiю, невольно должно возникнуть сомннiе въ существованiи т. н. ассимиляцiонной способности у русскаго народа: мы вынуждены такимъ образомъ глубже вникнуть въ разсматриваемыя явленiя и прiискать для нихъ объясненiе.

На первый взглядъ кажется, что причина противорчивыхъ явленiй, наблюдаемыхъ при столкновенiи русскихъ съ инородцами, кроется въ нацiональныхъ особенностяхъ этихъ послднихъ. Казалось бы, что можно сдлать предположенiе, что есть народы, которые легко утрачиваютъ свою нацiональность и, наоборотъ, которые стойко ее отстаиваютъ; къ первымъ пришлось бы отнести прежде всего финскiя племена, которыя почти вс подвергаются обруснiю; тюркскiя племена, наоборотъ, пришлось бы причислить ко вторымъ, такъ какъ въ числ ихъ,-если не считать чувашей, которые однако лишь по языку принадлажатъ къ тюркской групп, въ дствительности же являются тюркизированными финнами,-и алтайскихъ инородцевъ, мы не можемъ отмтить ни одного, которое бы подвергалось въ значительной степени русскому влiянiю; зато въ числ ихъ мы видимъ якутовъ и киргизовъ, которые подчиняютъ себ русскiй элементъ. Монгольская группа заняла бы среднее мсто, такъ какъ часть племенъ, относящихся къ ней, подвергается обруснiю (самоды, буряты), часть, наоборотъ, сохраняетъ свои особенности (напр, калмыки) и т. д. Мы не хотимъ отрицать, что индивидуальныя черты той или другой народности могутъ ускорять или замедлять процессъ обрус-

нiя. Но едва ли возможно нацiональный характеръ принимать за ршающую, главную причину разсматриваемыхъ явленiй; этому противорчили бы слдующiе факты. Если мы предположимъ, что напр, финскiя племена мало способны отстаивать свою нацiональность, то какъ объяснить фактъ, что напр. зыряне во многихъ мстахъ не поддаются обруснiю, сохраняютъ свою самобытность въ значительной степени и даже подчасъ являются русскимъ опасными конкурентами въ ихъ торговл съ другими инородцами. Дале, тотъ-же азiатскiй кочевникъ-киргизъ, подчиняющiй въ нкоторыхъ мстностяхъ своему влiянiю русскаго сибирскаго казака, по переход отъ кочеваго образа жизни къ осдлому, "земледльческому, отрекается уже со второго поколнiя отъ имени кайсака, носитъ русскую одежду и называетъ себя христiаниномъ. Якуты не везд оказываютъ влiянiе на русскихъ: въ нкоторыхъ мстностяхъ наблюдается обратное явленiе-обруснiе якутовъ. Въ виду указанныхъ фактовъ мы не можемъ признать особенности нацiональнаго характера важными причинами, влiяющими на разсматриваемыя нами явленiя.

Было бы несомннно ошибочнымъ искать причины ассимилированiя одного племени другимъ въ чемъ-нибудь одномъ: при взаимоотношенiяхъ двухь народовъ дйствуетъ всегда цлая масса факторовъ, изъ которыхъ одни содйствуютъ, другiе препятствуютъ ихъ сближенiю, и такимъ образомъ или ускоряютъ или замедляютъ ассимиляцiонный процессъ. Эти факторы могутъ быть чрезвычайно разнообразны и видоизмняться въ зависимости отъ времени и мста; даже въ предлахъ одного и того же племени причины, приводящiя къ одинаковому результату, могутъ быть совершенно различны по мстностямъ и т. п. Перечислить вс причины едвали явится когда-либо возможнымъ. Какъ примръ своеобразности подобныхъ причинъ можетъ служить фактъ постепеннаго уменьшенiя сойотовъ (Саянское нагорье, Иркутской губ.), изслдованный покойнымъ И. Д. Черскимъ: санитарныя условiя сойотовъ "настолько благопрiятствуетъ ихъ жизни, что смертность между ними оказывается незначительною; многiе доживаютъ до глубокой старости и не подвергаются вообще никакимъ особеннымъ болзнямъ; поэтому вопросъ о быстромъ и постепепномъ уменьшенiи сойотовъ получаетъ тмъ боле интереса. Свднiя, собранныя въ этомъ отношенiи Черскимъ, постившимъ ихъ, по-

казали, что среднимъ числомъ у нихъ рождается больше двочекъ, нежели мальчиковъ, а такъ какъ согласно принятому обычаю, они отдаютъ дочерей за бурятъ и сами женятся на буряткaxъ, то поэтому yмeньшeнie численности ихъ вполн понятно и нeизбжнo, несмотря на отcyтствie повальныхъ болзней и на достаточную плодовитость" 1). Не имея возможности указать на вс причины, oпpeдляющiя разсматриваемыя нами явлeнiя, ограничимся перечисленiемъ только главнйшихъ.

Одно изъ видныхъ мстъ въ ряд причинъ, содйствующихъ ассимиляцiи, слдуетъ отвести, конечно, смшаннымъ бракамъ: всюду, гд напр, представители финскихъ племенъ женятся на русскихъ или отдаютъ своихъ дочерей за русскихъ, обруснiе финновъ идетъ боле быстрыми шагами. Смшанные браки содйствуютъ общенiю племенъ, уничтожаютъ взаимное недовpie и, такимъ образомъ, широко открываютъ путь, на которомъ можетъ происходить взаимодйствiе племенъ. Мы видли, что напр, буряты русютъ преимущественно тамъ, гд они женятся на русскихъ. Въ числ причинъ, содйствующихъ объякучиванiю русскихъ, изслдователи отводятъ важное мсто бракамъ русскихъ на якуткахъ. Не слдуетъ, впрочемъ, преувеличивать значенiе смшанныхъ браковъ: въ каждомъ отдльномъ случа они могутъ приводить къ различнымъ результатамъ. Такъ, напримръ, по словамъ г. Верещагина, pyccкie часто женятся на вотячкахъ; это, однако, не приводитъ къ овотяченiю русскаго, напротивъ того, вотячки, будучи замужемъ за русскимъ, начинаютъ быстро русть. Женитьба же вотяковъ на русскихъ приводитъ ихъ къ обруснiю. Аналогичный фактъ наблюдается и у кореловъ. Наконецъ, по словамъ туруханскихъ казаковъ, пишетъ Н. М. Ядринцевъ, "самоды женятся на тунгузкахъ и долганкахъ, долганы (племя, смшанное изъ тунгузовъ и якутовъ) и тунгузы берутъ и самодокъ, и тунгузокъ, и якутокъ. Русскiе всхъ берутъ: и самодокъ, и тунгузокъ, и якутокъ, и долганокъ, и юратокъ, и остячекъ". Между тмъ только браки съ якутками имютъ послдствiемъ утрату русскими своихъ нацiональныхъ чертъ, а браки съ представительницами другихъ племенъ приводятъ, наоборотъ, къ обруснiю

J) Землевднiе Азiи Карла Риттера Вост, Сибирь I. П. П. Семеновъ, И. Д. Черскiй и Г. Г. Петцъ: Саянское нагорье въ предлахъ Иркутской губ., стр. 208.

ихъ. Во всякомъ случа, если влiянiе смшанныхъ браковъ на физическiй типъ населенiя стоить вн сомннiя то степень влiянiя ихъ на внутреннiй, духовный складъ народа еще совершенно не опредлена.

Дале, географическiя условiя, въ особенности рельефъ страны, играютъ весьма важную роль на интенсивность взаимодйствiя двухъ племенъ. Нельзя не признать, что горныя племена, напр., стоятъ, благодаря трудности проникнуть къ нимъ, въ боле благопрiятныхъ условiяхъ для сохраненiя своей нацiональности, чмъ племена, живующiя на плоскости. Вслдствiе этого на сверномъ Кавказ, среди обитателей предкавказской плоскости, возможно встртить во внутренней обстановк жилища гораздо больше русскихъ предметовъ, чмъ въ трудно доступныхъ для русскихъ торговцевъ горныхъ селенiяхъ, жители которыхъ лишь рдко спускаются въ центры русской цивилизацiи. Напротивъ того, рки, въ особенности судоходныя, являются наиболе часто употребляемыми путями, по которымъ двигалась колонизацiя, и слдовательно какъ бы дорогами, по сторонамъ которыхъ племена легче могли знакомиться другъ съ другомъ и влiять одно на другое. 3наченiе ркъ въ исторiи русской колонизацiи общеизвстно, и въ настоящее время естественно, что тамъ, гд инородцы вообще поддаются обруснiю, оно достигаетъ значительно большаго развитiя именно въ селенiяхъ, наиболе близко лежащихъ отъ водныхъ путей. Теперь, когда появились боле или мене удобные тракты, идущiе во внутрь страны, населенной инородцами, обруснiе распространяется именно прежде всего по об стороны торговаго тракта, какъ это мы видли, напр., у вотяковъ.

Степь вн всякаго сомннiя оказываетъ объединяющее влiянiе на обитающiе въ ней народы; она даетъ возможность частаго общенiя между ними, а слдовательно облегчаетъ и пути къ ассимилированiю одного племени другимъ. Но эта-же степь можетъ явиться и большимъ препятствiемъ при взаимоотношенiяхъ, такъ какъ часто преграждаетъ дальнйшее движенiе колонизирующаго племени, если послднее земледльческое. Съ другой стороны, если она плодородна, и двигающееся земледльческое племя начинаетъ селиться на ней, степь даетъ возможность не уживающемуся съ новыми пришельцами кочевому племени свободно отступить и такимъ образомъ уклоняться отъ сферы влiянiя сосдей

на ихъ быть. Такое же значенiе, какъ и степь, играли въ свое время и обширные лca, которые, при отсутствiи удобныхъ путей сообщенiя, давали возможность инородческому племени отступать передъ двигавшейся въ ихъ страну русской колонизацiей: мы имли случай отметить это значенiе лсовъ, когда касались процесса ассимилирования вотяковъ, черемисовъ и кореловъ. Ту же роль играютъ наконецъ и наши сверныя тундры, проникновенiе въ которыя затрудняется, кром ихъ неплодородiя, еще и суровымъ климатомъ; самоды, напр., долгое время отступали подь напоромъ русской и зырянской колонизации вс изслдователи согласны въ томъ, что мста обитанiя самодовъ прежде, и еще не въ очень отдаленное время, распространялись значительно больше на юг, но что, отступая передъ новыми насельниками, самоды были постепенно загнаны все болe и болe на сверъ. Влiянiе рельефа страны во многихъ случаяхъ можетъ намъ объяснить медленность или быстроту, съ которой подвигается ассимилированье одного племени другимъ.

Важнымъ факторомъ въ исторiи взаимодйствiя племенъ является, конечно, религiя. На боле низкихъ ступеняхъ развитiя, когда принадлежность народа къ той или иной вр нередко отождествляется съ принадлежностью къ нацiональности, общность исповдуемой народами религiи въ значительной степени облегчаетъ слiянiе двухъ народностей. Мещеряки, напр., повидимому, финны, говорящiе однако тюркскимъ нарчiемъ, русютъ только тамъ, гд они приняли православiе; тамъ-же, гд они перешли въ магометанство, они поддаются влiянiю татаръ. Киргизы Букеевской орды, съ того времени, когда въ ихъ сред магометанство пустило боле гдубокiе корни, начали въ нкоторыхъ отношенiяхъ подчиняться влiянiю татаръ: они подражаютъ послднимъ въ манерахъ держать себя и въ покро одежды и т. п. Но слдуетъ имть въ виду, что язычесскiя врованiя, поскольку они не являются строго опредленными системами, сложившимися въ "церковь", оказываютъ мало препятствiй сближенiю русскихъ и инородцевъ: русокiй-христiанинъ смотритъ на языческое мировоззрнiе своего инородческого сосда обыкновенно довольно терпимо и часто, при боле близкомъ знакомств съ нимъ воспринимаетъ многое изъ него въ разрядъ своихъ cуеврiй. Mы не будемъ останавливаться на причинахъ, порождающихъ подобное

отношенiе православнаго-русскаго къ язычеству, и ограничимся лишь указанiемъ на многократно отмеченный изслдователями фактъ, что въ Сибири, там, гд русскiе живут около шаманистовъ, они вполн раздляют веру последних въ силу и влiянiе шамановъ. Вообще религiя, какъ препятствiе къ сближению племенъ, получаетъ значенiе лишь тогда, когда она является строго организованной, какъ напр, магометанство или буддизмъ. Впрочемъ среди племенъ, принадлежащихъ къ магометанству или буддизму, религiя не оказываетъ препятствiя къ сближенiю ихъ съ русскими, если она усвоена племенемъ только наружно.

Не меньшее влiянiе на интенсивность взаимодйствiя двухъ племенъ оказываютъ сходство или различiе въ быт. Живя рядомъ съ земледльческимъ племенемъ или народомъ, ведущимъ торговлю-занятiя, которыя являются характерными для русскихъ поселенцевъ-представитель русской народности легче влiяетъ или испытываетъ влiянiе, чмъ въ случаяхъ, когда русскиiй колонизаторъ иметъ своими ближайшими соседями кочевниковъ. Бытъ кочевника настолько рзко опредленъ, стоитъ въ такомъ противорчiи съ бытомъ земледельца, что кочевнику, при его обыкновенно крайне ограниченныхъ потребностяхъ, нечего заимствовать отъ своего сосда земледльца. То, что составляетъ культурное богатство послдняго, обыкновенно совершенно не подходить къ условiямъ кочевой жизни: домъ земледльца представляетъ безъ сомннiя значительный шагъ впередъ передъ юртой кочевника, но онъ не поддается переноск съ такой легкостью, какъ юрта; орудiя земледлiя кочевнику не нужны, способы перевозки тяжестей, способы передвиженiя не подходятъ къ условiямъ часто и быстро мняющаго свое мсто пребыванiе степняка. Даже глиняная посуда земледельца, обнаруживающая значительный культурный прогрессъ, менe пригодна находящемуся въ постоянномъ движенiи кочевнику, чмъ его первобытный кожаный котелъ, который не подвергается риску разбиться. Остаются предметы роскоши, но у земледельца ихъ, обыкновенно, бываетъ не много, кром того и понятiя о роскоши у обоихъ различны: кочевникъ, кром роскоши въ одежд, въ особенности заботится о роскоши въ оружiи и конскаго убора, на что земледельцу, въ силу условiй своей жизни, мало приходится обращать вниманiя. При такихъ условiяхъ трудно ожидать значительнаго взаимодй-

ствiя между обоими сосдями. Другое дло, когда кочевникъ переходитъ къ оседлости (относительной или абсолютной), или когда степной русскiй поселенецъ не является земледльцемъ, т. е. по крайней мр, тогда, когда земледлiе не является основой его сущеcтвованiя, когда бытъ его иметъ некоторыя сходныя черты съ бытомъ сосдей-кочевниковъ: путь къ взаимодйствiю тогда открытъ: вотъ почему среди казаковъ, поселившихся на Дону и на Яик, основой жизни которыхъ долгое время былъ военный бытъ, сохранилось много преданiй о воспринятiи въ число казаковъ сосднихъ инородцевъ-кочевниковъ. Въ казачье войско западной Сибири вошло много чуждыхъ элементовъ въ лиц многочисленныхъ крещеныхъ, плнниковъ, съ теченiемъ времени вполне слившихся съ казаками. Въ этихъ и подобныхъ имъ фактахъ можно видть стремленiе русскихъ ассимилировать себ инородцевъ, но есть факты и противоположные: русскiе военные колонисты въ Тянь-Шан во многихъ мстахъ, по словамъ Сверцова, заимствовали отъ туземцевъ одежду, нравы и обычаи и даже живутъ, какъ и послднiе, въ войлочныхъ кибиткахъ 1). Приалтайское русское казачье населенiе въ нкоторыхъ мстностяхъ подвергалось влiянiю киргизовъ, ведетъ скотоводческiй полукочевой образъ жизни и говоритъ по-киргизски.

Тамъ, гд кочевникъ переходитъ къ оседлости, онъ, обыкновенно, поддается влiянiю земледльческихъ соседей. Кром киргизовъ, объ обруснiи которыхъ при этомъ условiи мы говорили, мы можемъ наблюдать это же явленiе и на башкирахъ, когда они окончательно становятся осдлыми: они подражаютъ въ постройк дома, въ обстановк его, въ способахъ обработки земли и въ изготовленiи сельскохозяйственныхъ орудiй татарскимъ или русскимъ земледльцамъ.

Приведенныя нами обстоятельства, влiяющiя на интенсивность взаимодйствiя русскихъ и инородцевъ, заставляютъ насъ еще боле сомневаться въ существовании "ассимиляцiонной способности" у русскаго народа; съ другой стороны, такъ какъ некоторыя изъ указанныхъ нами условiй приводятъ подчасъ къ противоположнымъ результатамъ (браки на инородкахъ, совместная жизнь въ степи), должно предположить существованiе еще основного фак-

Реклю, VI, стр. 348.

тора, вслдствiе котораго при прочихъ равныхъ уcловiяхъ результаты получаются различные.

Этотъ главный (хотя и не исключительный) факторъ слдуетъ, на нашъ взглядъ, искать въ культурномъ уровне сталкивающихся народностей. Пояcнимъ это несколькими примерами. Финскiя племена, какъ это мы видли выше, почти всюду подвергаются обруснiю; условiй, препятствующихъ сближенiю финской и русской народности, дйствительно, почти не существуетъ, но и условiя, благопрiятствующiя сближенiю, во многихъ местностяхъ или не успели еще дать результатовъ, или дали результаты лишь скудные 1). Даже въ исторiи обрусенiя черемисовъ просвщенiе ихъ христiанствомъ играло ничтожную роль. Сдлавъ обзоръ миссiонерской деятельности русскихъ среди черемисовъ, пр. Смирновъ характеризуеть ея результаты слдующими словами; "миссiонерская деятельность не сопровождалась для правительства желаннымъ результатомъ... Связь, которую въ состоянiи была создать между черемисами и ихъ новыми повелителями формально воспринятая религiя, оказалась... слабой. Черемисы лишены были возможности превратиться въ мусульманъ, но совсмъ не сделались христiанами. Школа могла закрепить ее, но она еще мене, чмъ церковь, имла ассимилирующаго влiянiя. Беглый обзоръ просвтительной дятельности государства по отношенiю къ черемисамъ покажетъ намъ, что оно проявляло ее крайне слабо". "Усилiя государственной, власти, направленныя къ тому, чтобы сблизить вотяковъ съ русскими на почве религiозной, пишетъ тотъ же авторъ, не сопровождались желаннымъ успехомъ. Вотяки остались по существу язычниками. Говорить объ историческомъ значенiи школы еще рано: ея влiянiе только начинается... Ассимиляция (вотяковъ) совершается самой жизнью, помимо всякихъ предписанiй. Хотя корелы и лопари довольно точно исполняютъ церковные обряды, но какъ те, такъ и другiе усвоили себе христiанство лишь формально; что же касается школы, то она появилась у тхъ и другихъ лишь очень недавно и уже застала совершавшiйся ассимиляцiонный процессъ.

Еще и въ настоящее время культурный уровень большинства финскихъ племенъ (за исключенiемъ финляндцевъ и эстовъ) ниже

1) И. Н. Смирновъ: Черемисы, стр. 45. Вотяки, стр. 70, 71.

русскаго. Насколько онъ былъ невысокъ въ боле отдаленныя времена, свидтельствуютъ финскiя нарчiя, въ которыхъ масса культурныхъ словъ оказывается заимствованными отъ сосдей. Труды Алквиста, Доннера, Веске, Томсена, Смирнова и Мункачи даютъ основанiе предполагать, что культурное влiянiе сосдей на финновъ начинается еще съ глубокой древности. Если западные финны (кром кореловъ) подвергались въ боле значительной степени влiянiю германскаго и литовскаго племенъ, чмъ славянскаго, то восточные финны длали свои заимствованiя въ историческiй перiодъ ихъ жизни преимущественно сначала отъ тюрковъ, а затмъ отъ русскихъ. Превосходствомъ культурнаго уровня слдуетъ o6ъяснить, что почти немедленно пpи начал совмстнаго жительства финновъ и русскихъ на восток первые начали утрачивать свои нацiональныя черты. Этот процессъ въ настоящее время продолжается: русскiй-колонизаторъ, достигшiй боле высокихъ cтупеней въ способахъ обработки земли, въ постройк жилищъ, въ своемъ общественномъ и семейномъ быту, въ дл торговли и промышленности,-является для финновъ учителемъ. Они научаются отъ него трехпольной систем хозяйства, строятъ по его образцу болe просторныя жилища, покупаютъ или обмниваютъ у него товары, стоящiе выше ихъ собственныхъ издлiй, научаются боле совершеннымъ способамъ освщенiя и т. д. Русское влiянiе проникаетъ и въ область семейнаго быта, и финнъ, перенимая культурное богатство своего русскаго cocда, подражая ему подчасъ даже въ мелочахъ, постепенно утрачиваетъ свои обычаи, языкъ и, наконецъ, нацiональность. Что въ дл ассимилированiя финновъ русскими одну изъ главныхъ ролей играетъ культурное превосходство послднихъ, доказывается и тмъ, что тамъ, гд финнамъ приходится колебаться между подчиненiемъ себя влiянiю русскихъ и татаръ, послднiе нердко одерживаютъ верхъ.

Низкiй культурный уровень самодовъ, гиляковъ и др. упомянутыхъ нами въ числ русющихъ народностей легко объясняетъ, почему эти племена съ такой легкостью утрачиваютъ свою самобытность при столкновенiи съ русскими.

Роль, которую играетъ культурный уровень двухъ народовъ въ иcxoд ассимиляцiонной борьбы выясняется особенно рельефно при разбор фактовъ, свидтельствующихъ о потер русскими

своей нацiональности. Намъ уже приходилось упоминать о влiянiи, которое оказываютъ киргизы на сибирскихъ казаковъ. Г. Н. Потанинъ 1) даетъ обстоятельныя свднiя о ход этого влiянiя. Сибирскiе казаки расположены по тремъ линiямъ "Горькой", Иртышской и Бiйской. На Иртышской линiи скотоводство сильно развито: въ прежнее время здсь были лица, владвшiя табунами изъ нсколькихъ тысячъ лошадей. Хлебопашество въ средней части линiи (около Ямышева) еще недавно совершенно не существовало. "Здсь прежде выростали цлыя поколнiя, не имвшiя понятiя, какъ растетъ хлбъ на корню, потому что сами не пахали, а крестьянскiя деревни расположены далеко отсюда". Иртышскiие казаки окружены киргизами, такъ какъ киргизскiя кочевья примыкаютъ къ линiи, какъ на правомъ, такъ и на лвомъ берегу рки. Казаки настолько поддались влiянiю окружающихъ ихъ киргизовъ, что почти все казачье населенiе говоритъ по-киргизски и нередко предпочитаетъ этотъ языкъ родному; для многихъ это колыбельный языкъ, такъ какъ няньки часто выбираются изъ киргизокъ. Киргизcкiя привычки простираются и на одежду и пищу казаковъ. Какъ и киргизъ, иртышскiй казакъ любитъ носить широкiе плисовые шаровары, халатъ изъ бухарской парчи или саранджи и лисью шапку (борькъ); онъ любитъ киргизскiя нацiональныя блюда, въ томъ числ и конину. Старые казаки даже колютъ на ду своихъ лошадей. Кром того, многiе предразсудки, понятiя и убжденiя казакъ заимствовалъ отъ киргизовъ: онъ, какъ и этотъ послднiй, считаетъ стыднымъ ссть на коня безъ нагайки, надть холщевые шаровары и т. п. Наиболе заметно усвоенiе киргизскихъ привычекъ въ Ямышевской станиц. "На линiи, замчаетъ г. Потанинъ, конечно происходитъ и обратное влiянiе русской жизни на киргизовъ. Работники у казаковъ вс изъ киргизовъ; они живутъ у нихъ въ пастухахъ и при домахъ. У каждаго казачьяго селенiя на задахъ можно найти группу землянокъ и юрть-это жилища "джатаковъ", т. е. киргизовъ, которые перебиваются около русскихъ, нанимаясь въ работники... въ джатаки превращаются только такiе киргизы, у которыхъ выпалъ скотъ отъ болзней, и имъ не на чемъ кочевать въ степи". Характерно то, что на Иртышской линiи киргизъ въ сельскомъ хозяйствъ является боле

Г. Н. Потанинъ: Сибирские казаки,-въ Жив, Россiи,ХI,стр. 111-113

знающимъ, чемъ казакъ: работникъ киргизъ ладитъ соху и борону, сетъ и жнетъ, чего казакъ, весьма часто не уметь делать.

Странный на первый взглядъ фактъ утраты иртышскими казаками своей нацiональности легко найдетъ себе объясненiе, если мы обратимь вниманiе на исторiю возникновенiя сибирскаго казачества. Въ лиц его мы не имеемъ, какъ на Дону и Яик, продукть колонизацiоннаго движенiя русскаго народа. Заселенiе всхъ казачьихъ линiй шло по распоряженiю правительства (съ ХVII в.), причемъ первыми поселенцами были солдаты. Въ 1743 г. казаковь, жившихъ въ крпостяхъ, по всей линiи было только 600 человкъ. Впослдствии количество сибирскихъ казаковъ продолжало пополняться разными элементами, въ числе которыхъ не малую роль играли драгунскiя и солдатскiя дети, "которыя частью сами отставали отъ своихъ командъ, уходившихъ посл срочной службы на родину, приписывались въ крепостные казаки, частью были вписываемы въ казаки волею начальства." Такъ какъ цель устройства линiи была не столько колонизацiонная, сколько военная, для прекращенiя набеговъ степняковъ, то новые поселенцы сначала исключительно жили въ построенныхъ крпостяхъ и лишь постепенно переходили къ более мирному занятiю-скотоводству; при условiяхъ солдатской жизни въ XVIII в. сибирскiе казаки представляли собой элементъ бездомный, брошенный на русскую границу для непрестанной борьбы съ сосдями-кочевниками, и изъ двухъ враждующихъ сторонъ киргизы были и многочисленне, и богаче, и более опытны въ степныхъ набегахь и войне; въ этомъ отношенiи ихъ культурный уровень былъ выше отставшихъ отъ своихъ -русскихъ солдатъ: киргизы являлись лучшими наездниками, имели лучшихъ лошадей и лучшее (холодное) оружие, которое они покупали или получали набегами отъ южныхъ соседей. Для того, чтобы вести успшно борьбу, русскiй долженъ былъ учиться у киргиза, и такъ какъ культурный уровень поселившихся солдатъ былъ не высокъ, его должны манить и более роскошная изъ бухарской парчи одежда киргизовъ, и opyжiе, и конскiя украшенiя; киргизъ-степнякъ, являясь для новаго поселенца идеаломъ наздника, долженъ былъ подчинить себе русскiй элементъ и повлiять на его обычаи, нравы мiровоззрнiе и языкъ. Подражая киргизу въ изысканiи средствъ

для существованiя, русскiй солдатъ-поселенецъ, оторванный отъ земледльческой Россiи, обзаводится стадами и въ силу вещей начинаетъ вести полукочевой образъ жизни. Оторванность отъ остального русскаго элемента и сравнительная малочисленность казаковъ на Иртышской линiи явились лишь облегчающими утрату русскими своей нацiональности факторами. Окиргизилось именно прииртышское казачье населенiе, где, по словамъ Г. Н. Потанина, населенiе оказывается боле рдкимъ, чмъ на двухъ другихъ линiяхъ; по Иртышу казачьи станицы редко состоять больше чемъ изъ 100 дворовъ и расположены на разстоянiяхъ 25-30 верстъ; на протяженiи около 800 верстъ находится всего 23,000 человкъ об. п., тогда какъ на остальныя 1,000 верстъ, занимаемыя двумя другими линiями, приходится казаковъ 67,000. Вторымъ облегчающимъ окиргизенiе факторомъ слдуетъ считать, быть можетъ, то, что между сибирскими казаками много башкиръ и мещеряковъ (родственныхъ по языку киргизамъ народовъ), и что, по преданiямъ, значительное число иртышскихъ казаковъ происходить отъ крещеныхъ киргизовъ.

Что окиргизенiе русскихъ объясняется главнымъ образомъ низкимъ культурнымъ уровнемъ последнихъ, доказывается тмъ, что тамъ, где сибирскiе казаки подъ влiянiемъ русскихъ крестьянъ-поселенцевъ стали заниматься земледлiемъ, они въ своихъ обычаяхъ и привычкахъ мало отличаются отъ крестьянъ (Бiйская линiя); на этой линiи имъ, впрочемъ, сравнительно мало приходится сталкиваться съ киргизами; къ послднимъ казаки относятся съ отвращенiемъ: "бiйскiй казакъ... почтетъ за грхъ, если заговорятъ по-киргизски въ изб, гд есть православныя иконы".

На "Горькой" линiи, гд сношенiя съ киргизами очень часты, но где казаки также подъ влiянiемъ крестьянъ-поселенцевъ занимаются земледелiемъ, стоятъ, следовательно, на более высокомъ культурномъ уровне, мы видимъ обратное явленiе-обруcенiе киргизовъ; конечно, это имеетъ мсто только въ отношенiи киргизовъ, переходящихъ къ оседлости. Переходя отъ кочевого быта къ осдлому, киргизъ стоитъ совершенно безпомощнымъ и не знающимъ передъ новыми условiями жизни, и казакъ "Горькой" линiи является для него учителемъ во всехъ подробностяхъ земледельческаго быта въ той-же мере, какъ киргизъ-кочевникъ является учителемъ русскаго казака на Иртышской линiи въ подробностяхъ военной

и скотоводческой жизни. Осдлый киргизъ постепенно утрачиваетъ свои нацiональныя черты и русетъ

Эта-же причина, превосходство культурнаго уровня, регулируетъ результаты взаимодйствiя якутовъ и русскихъ. Мы указывали выше, что въ Якутской области замечаются какъ явленiя объякучяванья русскихъ, такъ и наоборотъ-обруснiя якутовъ. Утрата русскими своей нацiональности поражала наблюдателей настолько, что они, не подвергая этого явленiя разбору, были склонны придавать этому факту преувеличенное значенiе; вслдствiе этого у более старыхъ путешественниковъ мы встрчаемъ удивленiе передъ способностью якутовъ ассимилировать русскихъ. "Якуты, пишетъ, напр., Гартвигъ 1), представляютъ замчательное явленiе покореннаго народа, который навязываетъ побдителямъ свои нравы и свой языкъ, и, будучи далекимъ отъ того, чтобы подвергнуться влiянiю покорителя, втягиваетъ его въ свою сферу". Отъ авторовъ боле позднихъ не могло укрыться, что объякучиванiе русскихъ замчается лишь въ нкоторыхъ мстностяхъ; что впрочемъ мало колебало установившееся убжденiе объ ассимиляцiонной способности якутовъ, причемъ на долю русскихъ отводилась лишь порча нравовъ якутовъ. Слдуетъ иметь въ виду, что оба народа относятся другъ къ другу крайне враждебно. Якуты инстиктивно чувствуютъ, пишетъ одинъ изъ новейшихъ изслдователей ихъ, г. Вруцевичъ2), что нравы ихъ растлили русскiе, которыхъ они презираютъ. Чортъ, говорятъ они, семь паръ торбазовъ износилъ, обсуждая, кого сослать въ Якутскую область къ нимъ въ гости, и на седьмой годъ началъ присылать къ нимъ русскихъ; "всхъ русскихъ якуты называютъ зврями. Презрнiе якутовъ къ русскимъ выражается также и въ отвращенiи къ русскому языку". Всякiй русскiй, сталкивающiйся по торговымъ деламъ съ якутами, замечаетъ тотъ-же авторь, даетъ о нихъ такой отзывъ: "Якуты олекминскiе и Якутскаго округа-замчательные мошенники... это первые разбойники и грабители"; авторъ считаетъ, что эти дурныя качества привиты якутамъ самими же русскими. Несмотря на недружелюбное отношенiе русскихъ къ якутамъ, эти послднiе, по словамъ г. Вруцевича,

1) Hartwig: Der Hohe Norden, стр. 202.

2) Зап. И. Русск.. Геогр. Общ. по Отд. Этногр. ХVII вып. 2, стр. 27, 28.

какъ бы подчиняютъ своему влiянiю руcскихъ, и пoдчинeнie это поразительне всего выражается въ зaбвeнiи приленскими крестьянами родного языка, которые и между собой не говорятъ теперь иначе, какъ по-якутски. Это странное на первый взглядъ явленie еще боле поражаетъ, если принять во внимaнie нeвыcoкiй культурный уровень якутовъ: жилища ихъ уступаютъ на много тому типу, который мы привыкли видть у русскихъ; "кустарное производство якутовъ самое жалкое, пишетъ г. Вл. I-нъ 1); плотничье и столярное ремесло... еще находится въ младенчеств... Рзьба якутовъ на дерев и мамонтовой кости... груба, аляповата: въ линiяxъ нтъ симмeтpiи, въ рисункахъ-перспективы, и во всемъ бдность фaнтaзiи".

Боле подробное изyчeнie причинъ oбъякyчивaнiя русскихъ бросаетъ свтъ на это явлeнie. Баронъ г. Майдель а) съ большимъ безпристрастiемъ, чмъ многiе его предшественники, отнесшiйся къ этому вопросу, пишетъ по этому поводу слдующее: удивительно, съ какой легкостью русскiе объякучиваются, принимаютъ якутскiя одежды и привычки, живутъ въ юртахъ и наконецъ употребляютъ только якутcкiй языкъ, забывая русскiй. Проходя молчанiемъ частыя явленiя этого рода, авторъ указываетъ на дв деревни по близости отъ Олекминска и на дерев. Нюрбу въ Вилюйскомъ округ. Въ двухъ первыхъ живетъ до 1800 чел. об. п., въ послдней до 300 человкъ русскихъ. Жители всхъ трехъ деревень живутъ состоятельно, занимаются отчасти хлбопашествомъ и преимущественно скотоводствомъ, но вс безъ исключешя объякутились. Между тмъ извстенъ только одинъ наслегъ на Нижней Колым, гд якуты совершенно обрусли, "но мн кажется, добавляетъ авторъ, что именно этотъ единственный наслегъ, утратившiй свою якутскую национальность бросаетъ свтъ на все это довольно трудно объяснимое обстоятельство. Русскiе пришли въ область въ сравнительно незначительномъ числ и поселились въ стран, въ которой сверная природа должна была оказывать на нихъ весьма сильное воздйствiе и навязывать имъ образъ жизни, рзко противорчащiй ихъ прежнимъ привычкамъ. Прежде всего они должны были оставить собственно крестьянское занятiе-земледлiе и перейти къ ското-

1) Этногр. Обозр. XIX, стр. 168.

2) Bar. Ger. Maydell: Reisen und Forschungen. I. 539-542.

водству; въ этомъ послднемъ занятiи старые насельники страны стояли перед] ними уже опытными, и русскiе естественно должны были подчиниться ихъ привычкамъ, такъ какъ скотоводство въ якутской области существенно отличается отъ такового же въ Россiи." Къ этому присоединилось еще то, что русскiе были боле малочислены и, наконецъ, путемъ браковъ смшивались съ Якутами. Все это вмст взятое объясняетъ, что якутскiе нравы и обычаи вошли въ употребленiе у новыхъ покорителей. Совершенно иначе дло стояло у якутовъ: имъ нечего было заимствовать у русскихъ, что могло бы быть необходимымъ для ихъ матерiальнаго благосостоянiя, къ тому же они были многочисленне и, по крайней мр, въ боле отдаленное время не женились на русскихъ: имъ было легко сохранить свою нацiональность, но что это не происходило вслдствiе боле сильнаго нацiональнаго самосознанiя, доказывается, по мннiю бар. Майделя, именно существованiемъ обрусвшаго наслега, поселившагося на Нижней Колым. Якутъ, продолжаетъ авторъ, прежде всего кочевникъ; въ кочевомъ быт его главное занятие, охота и рыболовство являются лишь побочными занятiями. Поселившись на Нижней Колым, якутъ долженъ былъ оставить скотоводство; жесткая трава не даетъ тамъ возможности продолжать скотоводческое хозяйство въ боле обширныхъ размрахъ; онъ сдлался осдлымъ рыболовомъ, замнилъ юрту домомъ, сталъ говорить по-русски, одваться по-русски и, наконецъ, забылъ свой языкъ.

Объясненiя, которыя даетъ бар. Майдель, объякучиванiю русскихъ и обруснiю якутовъ, сдлаются еще боле ясными, если вспомнить, что первыми насельниками области были не крестьяне-земледльцы, а толпы казаковъ, давно уже забросившихъ земледлiе и двигавшихся въ неизвстныя страны въ стремленiи за добычей. "Первые русскiе отряды казаковъ и промышленниковъ, проникшихъ въ начал XVII столтiя въ Якутскую область- замчаетъ совершенно справедливо г. Вл. I-нъ 1),-едвали были изъ лучшихъ представителей русской культуры. Здсь они нашли самыя неблагопрiятныя условiя для развитiя какой-бы то ни было культуры". При низкомъ уровн первыхъ русскихъ пoселенцевъ, искавшихъ въ новой стран быстрой наживы, якутъ материально лучше обставленный, приспособившiйся къ условiямъ

1) Этногр. Oбозpнie ХIХ, стр. 168.

страны, являлся боле культурнымъ и долженъ былъ влiять на русскихъ. Даже въ настоящее время, потомки первыхъ поселенцевъ стоятъ въ культурномъ отношенiи ниже якутовъ: "Что касается до выдающихся талантовъ и художествъ якутовъ въ настоящемъ, пишетъ тотъ-же г. Вл. I-нъ, то они, пожалуй, выдляются при вид полнаго паденiя культурнаго типа русскаго Якутской области".

Русскiй колонизаторъ области постепенно двигался все боле на сверъ; условiя страны не позволяли ему заниматься скотоводствомъ; онъ переходить къ рыболовству и, примняясь къ новымъ условiямъ, вырабатываетъ способъ производства. Естественно, что когда якутъ переходитъ къ рыболовческому быту, русскiй является его учителемъ, и онъ заимствуетъ у послдняго какъ способъ производства ловли, такъ и боле культурныя жилища и, наконецъ, языкъ. "Чмъ дальше на сверъ, читаемъ тамъ-же у г. Вл. I-на, .внизъ по течение р. Колымы, тмъ обруснiе якутовъ замтне. Урочище Кресты, въ 200 в. отъ Нижне-Колымска, составляетъ первое виднное нами сплошное якутское селенiе на манеръ русской деревни, съ рубленными домами вмсто юртъ. Скота у крестовскихъ якутовъ нтъ, занимаются они рыболовствомъ, а зимой гонятъ казенную почту на оленяхъ; говорятъ по-якутски и по-русски. Якуты же 1-го Матюжскаго рода, живущие въ Нижне-Колымск и въ его окрестностяхъ, ничмъ отъ русскихъ не отличаются. И замчательно, что низовые якуты, всего 200 верстъ отъ Крестовъ и 500 верстъ отъ Средне-Колымска, еще настоящаго Якутскаго царства, - ни одного слова по-якутски не знаютъ".

Мы видли, что въ процесс взаимоотношенiй русскихъ и киргизовъ и якутовъ дйствуетъ извстная совокупность причинъ, облегчающихъ или задерживающихъ этотъ процессъ, но что главнымъ регулирующимъ факторомъ является культурный уровень сталкивающихся племенъ.

Обзоръ приведенныхъ нами фактовъ заставляетъ сомнваться въ существованiи у русскаго народа ассимиляцiонной способности. Мы можемъ говорить только объ ассимиляцiонной деятельности русскаго народа, интенсивность которой зависитъ отъ цлаго ряда условiй, причемъ главнымъ регуляторомъ является культурное превосходство русскихъ надъ инородцами, такъ какъ, гд

этого условiя нтъ, русскiй элементъ самъ поддается инородческому влiянiю и утрачиваетъ свою национальность. Мы далеки отъ отрицанiя существованiя у народовъ, какъ и у отдльныхъ индивидуумовъ, тхъ или иныхъ способностей, но надлять какой-нибудь способностью тотъ или другой народъ слдуетъ лишь посл анализа фактовъ, въ которыхъ принято видть ея проявленiе. Если анализъ привелъ бы къ возможности объяснить, подобные факты культурно-историческими или другими условиями, мы должны были бы замнить слово "способность" другимъ, чтобы внесенiемъ недостаточно опредленнаго термина не затруднять объясненiя явленiй, которыя требуютъ боле сложнаго ршенiя, чмъ объясненiя посредствомъ проявленiя во вн извстной способности народа. Въ вопрос о взаимоотношенiяхъ русскихъ и инородцевъ пока еще нельзя говорить объ "ассимиляционной способности" русскаго народа: мы видимъ лишь ассимиляцiонную дятельность, и дальнйшее изученiе этой дятельности, детальная, разработка относящихся сюда фактовъ, сначала покажетъ намъ, какъ, въ какихъ странахъ быта и при какихъ условiяхъ эта дятельность проявляется съ большей и при какихъ съ меньшей интенсивностью, и, быть можетъ, приведетъ къ открытiю и ассимиляцiонной "способности" русскаго народа.

Данныя, накопившiяся по этому вопросу до настоящаго времени, заставляютъ думать, что при прочихъ равныхъ условiяхъ, благоприятствующих сближенiю русскихъ и инородцевъ, когда первые выступають т. ск. "сами по себ", эти послднiе будутъ лишь тамъ подвергаться обруснiю, гд ихъ культурный уровень ниже. Здсь слдуетъ признать дйствiе того же закона, который подмченъ вообще въ дл усвоенiя себ народомъ чужого языка. "Можно сказать, пишетъ О. Шрадеръ 1)... что языкъ народа, стоящаго выше въ культурно-историческомъ отношенiи, очень легко воспринимается другими народами, въ особенности, если этотъ народъ многочисленне ихъ и господствуетъ надъ ним". Но бываютъ случаи, когда побдители принимали языкъ побжденныхъ, стоявшихъ выше ихъ по культур". Не слдуетъ при этомъ забывать, что усвоенiе себ народомъ чужого языка является однимъ изъ наиболе рельефныхъ признаковъ ассимиляцiи этого народа.

Н. Харузинъ

1) Сравнительное языковдние, стр. 167.

Ресурс волхва Рыбина Андрея Николаевича
© 2009


 
Hosted by uCoz